Я стала часто косячить. Оставляю "свидетелей", не заметаю следы.
Это плохо, когда тебе приходится задумываться, что вон тот, тот и этот ЗНАЮТ ["я знаю, что вы сделали прошлым летом", ведь так].
Я не жалею о каких-то своих ошибках. Я жалею, что не могу зачастую просто извиниться перед человеком ("жертвой" ли, "свидетелем" ли), сказать, что я не хотела так.
По-моему, нас накрыл бесконечный в своей бесхребетности период непосильного сопротивления реальности. У меня уже есть немалый стаж, "опыт работы" (хоть где-то он есть), а ещё у меня есть мама, которая приедет в октябре. Все её приезды одновременно и вгоняют меня в утопическое "жизнь прекрасна! деньги есть! моя семья в сборе!", и встряхивают тем, насколько я - аморфное облако где-то далекоо отсюда. Как только мама уезжает, я теряю всю утопичность, всё утопическое и понимаю, что я опять уплываю куда-то не туда.
У меня на кухне теперь живут колоночки, плейлисты стали самыми лучшими, а ещё мне очень понравилась идея Жени, и мне действительно стоит подумать об этом всём. А ещё - поговорить с сестрой.
Мой блог в последнее время всё больше напоминает мне самой органайзер - какой-то сплошной список задуманного, но у меня и в голове сейчас то же самое.
Мне очень нужно писать. Я сейчас в том самом положении, когда ты рвёшься делать что-то важное, а вместо этого тебе подсовывают всякий шлак. "Я хочу сидеть здесь и горевать" становится уже девизом этой темы, и от этого нерадостно, вот честно.
У меня болят корни волос - так я встречаю первые ветра этого уже несентября, потому что он не может быть таким; вот прошлый - тот настоящий, а этот - так, что-то между.
"Оля, ну что, поедем?" - поедем, только не одной, только если доброй "могучей кучкой" [привет, муз. литра, 4 класс], и если делать что-то красивое. Красоты не хватает, хотя рядом много всего вдохновляющего, но её разгоняет тот самый злой друг ветер. Порой мне кажется, что он загнал мне её в уши, по самое "не могу" - потому что ведь я правда не могу ни слушать, ни кушать. Смотреть могу, и анализировать. Рефлексировать [привет, "Осколки неба", 11 класс]. Моё светлое царство и продавленная впадина не отпускают меня из дома, и неделя дробится на отрезки "сидеть", "лежать". Любимым стал "убегаю", а ещё - "слушаю".
Мне так хорошо дома. Такие банальные вещи как прийти, раздеться, заварить чай, включить любимый Good playlist - и всё это в атмосфере полного умиротворения.
Учёбы пока не существует, не знаю, когда она вообще займёт место в моей голове в этом году: я стараюсь быть серьёзной, но почему же так хочется совсем-совсем абстрагироваться от этого ненужного времяпровождения? я занята совсем другими размышлениями, куда более нужными, как мне кажется.
У меня было прекрасное лето, которое прекрасно не столько отдыхом, сколько моими мыслями и переменами во всём и всех, ох, как же это прекрасно,прекрасно!*я буду повторять это слово раз пять, потому что веселье, счастье, кутерьма*
На место моему верному дневнику окончательно пришли заметки, и я ни капельки не стесняюсь, потому что не надо стесняться как учил великий Иван.
У меня накопилась куча записей и с 9 этажа ночной Майорки с моими посиделками в одного, и с ветреного 2 этажа любимой квартирки на Лесной, где я на кухне за стеклянным столом переосмысливала всё, что читала и видела.
Малое количество открытий компенсировалось большим числом исправлений - внутренних, конечно, но кто их знает, вдруг что вырвется. Я умею редактировать всё, кроме того, что так нужно всем в этих издательствах: зачем мне тексты, если можно задумываться над чем-то большим. Говорю себе: думай медленнее, станет лучше. Пожалуй, соглашусь.
